Китайская любовь, Часть 4

Китайская любовь, Часть 4

5 ноября
Сегодня мы с Виталием, как и договаривались, встретились рано утром, ведь был понедельник. Мы сели в такси и поехали в больницу. Сидя в такси, мои мысли снова и снова возвращались к этому сну, которое я видел сегодня. Во сне я опять видел мою фарфоровую куклу, мою дорогую Анну. Она мне, что то пыталась сказать, но я не понял, кажется, она выражала свое беспокойство обо мне "надо будет позвонить ей" подумал я. Оторвавшись от мысли об Анне, я сунул руки в карман и вытащил триста долларов это все что у меня оставалось, если в скором времени я не получу деньги, которые обещал мне передать братишка через своих людей, то дела мои будут плохи.
- Виталий – произнес я, обернувшись назад и показывая ему доллары - можешь мне разменять на юани?
- Сколько?
- Триста –
Виталий взял доллары и обменял их мне на юани.
Мы подъехали в больницу, когда время было 07:40. У входа в больницу нас уже ожидала та пожилая женщина, которая обещала помочь, она помогла мне быстро получить ка4 и кое какие бумаги к нему, дальше уже мне предстояло только войти в кабинет врача, который находился на верхнем этаже. Женщина указала нам путь, и мы ни о чем не думая поднялись на этаж выше, но когда мы поднялись на этот этаж, то увидели пред собой плачевную картину: перед кабинетом врача была выстроена огромная очередь.
- Если до часу не попадем, то сегодня уже не успеем – проинформировал меня Виталий.
- А почему до часа? Они что потом не работают? –
- Да не работают.
Мы простояли примерно четыре часа, мучительно ожидая своей очереди, время было 12:40, оставалось еще двадцать минут до окончания приема, и я сказал Виталию.
- Во чтобы бы это не стало, но войти мы должны сегодня.
Время было уже 12:55 на подходе была наша очередь, наконец, дверь кабинета открылась, и когда осмотренные врачами больные вышли, мы, тут же не теряя времени, быстро вошли в кабинет, там сидели несколько врачей. Виталий подошел к двоим, один из них был молод, а другой был уже в возрасте, он им показал на меня и рассказал о моей болезни.
Врачи положили меня на кушетку и внимательно осмотрели мою ногу и мои снимки. Я не понимал, о чем это они говорят, с Виталием. Виталий одобрительно кивал им, иногда по ходу осмотра они через Виталия задавали мне вопросы и я отвечал им. Если бы я понимал, о чем идет речь. Через некоторое время осмотр закончился, Виталий обменялся с врачами телефонами, и мы вышли из больницы.
- Вот я взял телефон врача – начал Виталий – мы им потом позвоним.
- Что они тебе сказали? – спросил я Виталия от нетерпения.
И Виталий на ломанном русском, перевел мне все слова врачей.
- Я не понимаю их медицинский язык – повторял мне Виталий – но они говорят, что они могут сделать операцию на ногу, только твоя нога не будет сгибаться.
Я был недоволен таким ответом.
- А зачем мне такая нога? Уж лучше ее ампутировать, раз она не будет сгибаться.
- Нет она будет сгибаться, но только чуть чуть.
- Так я не понял, она будет сгибаться или нет? – конкретно спросил я.
- Чуть чуть – ответил Виталий.
Мне показалось что Виталий, что то не договаривает.
- Хорошо ну а когда можно лечь в больницу? – спросил я.
- Надо врачам две-три тысячи юаней дать на карман.
- За что? – спросил я.
- чтобы сделать тебе место в больнице, сейчас в больнице много людей, мест нету.
- Тебе это врач сказал?
Услышав этот вопрос, Виталий отреагировал будто, я ему устроил допрос, его шустрые глаза забегали туда, сюда.
- Ну что ты сам, не понимаешь что ли? Надо дать врачам деньги, и они тебе место сделают- с недовольством ответил он.
Я начал подозревать, что Виталий, что то скрывает.
- Только никому не говори об этом – предупредил он меня, и мне показалось это еще более подозрительным.
В гостинице Виталий запросил за сегодняшнюю помощь пятьсот юаней.
-Сколько сколько? – с возмущением спросил я.
- Пятьсот –
- Но ведь мы с тобой договаривались, что за полдня, я плачу тебе триста.
Но Виталий начал преувеличивать свои собственные заслуги, по его словам казалось, что если бы не он, то на прием к врачу я бы не попал, он столько сегодня такого сделал для меня, что у него от всего этого разболелась голова.
- Слушай, а задница, у тебя не болит? – резко спросил я.
- Что ты такое говоришь? – возмутился он.
- Ты же сегодня только и делал, что стоял, прислонившись задницей к стенке и больше ничего не делал. Откуда у тебя может болеть голова? – разгорячился я.
Но Виталий не унимался, наш с ним разговор не на шутку принял обостренный характер. В конце концов, я отдал ему эти пятьсот юаней, и решил расстаться с Виталием, но не сразу, прежде чем расстаться я дал ему задание, чтобы он нашел хорошего переводчика на русский язык и организовал мне встречу с теми врачами.
На вопрос Виталия:
- Зачем тебе это нужно?
Я ответил:
- Я хочу знать точно, что сказали тебе эти врачи, и как они собираются сделать мне операцию. Мне нужно знать все.
- Зачем? Ты найди лучше две-три тысячи юаней. Врачам обязательно надо на карман положить.
- Ты сделай свое дело, а деньги будут – ответил я ему.
Виталий согласился, но еще раз попросил меня никому не говорить об этом, и этим самым он усилил мое подозрение.
Подозревая, что Виталий меня обманывает, я спустился на первый этаж, чтобы спросить у Сережи и Вити, насколько правдивы слова Виталия. Я прошел к массажному салону, но салон был закрыт и тогда я прошел в парикмахерскую, где они обычно собирались. В парикмахерской сидело несколько человек, Сережа стоял, прислонившись на подоконник, и общался с одним сидевшим парнем, над которым искусно щелкал ножницами парикмахер Саша, это был клиент салона, но почему то Вити здесь не было.
- Садитесь сюда – услышал я вдруг приятный женский голос, я обернулся и увидел обворожительную китаянку с бархатной кожей, я был поражен её пленительной улыбкой – Садитесь – повторила она, все также мило улыбаясь.
- Спасибо – произнес я, присаживаясь "Ну надо же какая эффектная китайская девушка" подумал я ей вслед, когда она вышла из салона.
- Как дела?- спросил меня Серёжа.
- Нормально.
- В больнице был?-
- Да был.
Я не хотел говорить о больничных делах при посторонних, но Сережа познакомил меня с тем самым клиентом, над которым трудился парикмахер Саша, его звали Марк, сидя под ножницами, он проявил интерес к моим больничным делам, и мне пришлось рассказать ему и Сереже, как обстоят дела, я также рассказал им о том, что мне нужно дать две-три тысячи юаней на карман врачам.
- Сколькооооооо? – они были настолько поражены, что у Сережи отвисла челюсть от такой цифры.
- За место в больнице отдать две-три тысячи юаней – усмехнулся Марк – да он тебя обманывает.
Сережа зацокал языком.
- Конечно, обманывает, не верь ему.
- Я и так ему не верю - подозрения мои подтвердились, Виталий просто хотел поиметь с меня деньги, теперь нужно было расстаться с ним "но пусть прежде выполнит задание" решил я.
- Если хочешь, давай в Харбин съездим, там есть хорошая клиника, где кости лечат – предложил Марк свою помощь.
Но в тот момент поездка в Харбин казалось для меня чем то, далекой и нереальной, я только слегка поинтересовался Харбином, думая о том, что все закончится здесь в Пекине, и обменявшись с Марком телефонами вышел из салона. Я пообещал ему позвонить, если что ни будь измениться.
Вечером я получил деньги от друзей моего братишки, они привезли около восемнадцати с половиной тысячи юаней, чему я был безмерно рад, так как у меня в кармане на этот момент оставалось около девяти ста юаней, которых бы мне хватило на два три дня.
Попозже я опять спустился на первый этаж, чтобы постричься и заодно поговорить с Витей и Сережей. Зайдя в парикмахерскую, я опять увидел эту очаровательную китаянку, она также мило улыбнулась мне.
- Девушка, а как вас зовут? – спросил я её.
- меня зовут Маша –
- Вы Маша?- удивленно спросил я – вы та самая Маша хозяйка этого салона?
- Да Маша это я. А что вы уже слышали обо мне?
- Ну конечно Маша. Говорят вы очень сильная бизнес леди. Я представлял вас женщиной с твердым характером, но увидел очень хрупкую девушку.
- Дааа! А что вы еще слышали обо мне?- спросила она меня, пленяя меня своей улыбкой взамен желая знать подробности всего, что о ней говорят.
- А больше я ничего не слышал - не купился я.
Разговаривая с Машей, я понял, что недооценил ее, такие женщины умеют подкупать своей приветливостью и пленительной улыбкой. Своим обаянием они могут обольстить любого мужчину, даря им лесть о том, что он ей не безразличен. Обольщенные мужчины легко хватают наживку, но попадают на крючок обмана. Попав на женский крючок, слепые мужчины не видят обмана, ибо такие женщины умеют мастерски обволакивать чувства мужчин бархатом своей нежности, и умело манипулировать ими в своих корыстных целях.
И сколько мужчин захотело бы согреться в Машиной постели, и сколько их уже согрелось? Хотя ее постель доступна только высокопоставленным людям.
Маша действительно выглядела очаровательной женщиной, но через нежную белизну ее кожи, как кислый и недозрелый плод проступала ее сырая человеческая сущность. В ее маленьких и красивых глазах горела хищная жажда наживы.
И теперь, когда сущность Маши я увидел своими глазами, то ее обворожительная красота в моих глазах опустилась до уровня накрашенности смазливой девчонки.
И какая то смазливая девчонка творила здесь беспредел и беззаконие.
После разговора с Машей парикмахер Саша постриг меня, постриг хорошо, как того желал я сам. Я заплатил ему пятьдесят юаней, но он недолго держал их в своих руках, ибо в тот момент, когда он получил деньги, появилась та самая молоденькая девушка, младшая сестра Маши и забрала у него деньги. Я понял, что из этих пятидесяти юаней он получит свою долю пять в лучшем случае десять юаней. Что поделаешь? Такова была китайская любовь, принявшая свои уродливые формы: если бы Маша любила своих сотрудников, она бы их так не унижала.

6 ноября
Сегодня приехал Саша тот самый Саша китаец, который должен был помогать мне в Пекине, он приехал вместе с Виталием. Еще вчера я звонил ему, чтобы он помог мне поменять гостиницу, он приехал на своей машине и забрал меня с вещами.
По дороге в машине Саши я думал об Анне, вчера я звонил ей, но услышал автоответ, сегодня утром я опять звонил ей, гудки пошли, но она не поднимала трубку, и тогда я отправил ей сообщение на английском "Анна это я Бакытжан, я в Пекине".
- Смотри, какая красивая девушка - произнес Саша, указывая на девушку у светофора.
Оторвавшись от своих мыслей, я взглянул, девушка выглядела вычурно накрашенной.
- Не очень – произнес я, пожимая плечами.
Саша рассмеялся.
- У тебя сейчас на больницу деньги есть?
- На больницу есть, а на врачей пока нету – ответил я, и заметил, как после этих слов побледнел Виталий.
- Не понял, у тебя сейчас пока десять тысяч юаней есть или нет?
- Да есть, но мне нужно с врачами еще раз переговорить, я не знаю, чего они говорят. Наверное, надо будет им деньги дать.
Но Саша не обратил внимания на мои последние слова, от которых Виталий побледнел еще сильнее.
Через некоторое время мы приехали в гостиницу Houdao (Хоудао) находящейся по улице Ji Xiang Li. Это была стандартная трехзвездочная гостиница, с телевизором, с санузлом, с душем и ежедневной уборкой в номере. Потолки здесь были выше, чем в Зиньджи, да и выглядела она по сравнению с Зиньджи, куда более цивилизованней как изнутри, так и с наружи. Номера здесь были дешевле, да еще можно было бесплатно воспользоваться интернетом, чего вообще не было в Зиньджи. И самое главное персонал сотрудников Houdao всегда готов был прийти на помощь. Кстати сказать, гостиница Houdao находилась не так далеко от Зиньджи, всего в двадцати минутах ходьбы.
После того как Саша обустроил меня в гостинице Houdau (Хоудао), Виталий забежал ко мне в номер и начал укорять меня:
- Ты почему при Саше говоришь, что врачам надо деньги дать. Я же сказал тебе никому не говорить.
- А я думал, что Саша знает про это.
- Неет он не знает. Об этом нельзя говорить. Никому не говори об этом, понял.
Для меня показалось странным, что Виталий скрывает это от Саши, но теперь мне было понятно, что Виталий настоящий обманщик.
- Хорошо – согласился я, после чего я потребовал от него незамедлительно организовать мою встречу с переводчиком и врачами.
Виталий пообещал мне, что в скором времени он организует это дело, и ушел.

Меня сегодня весь день, как наваждение не покидали мысли о моей фарфоровой куколке, об этой хрупкой миниатюрной китаянке, моей дорогой Анне, её доверчивое и искреннее лицо, немного застенчивое, но скорее скромное всплывали в моих мыслях.
- Как я люблю глубину твоих ласковых глаз. Как я хочу к ним прижаться губами – напевал я, вслух вспоминая ее приветливые раскосые, общительные глаза, обрамленные в оправе очков. Мне так хотелось еще раз услышать ее нежный и ласковый голос. Мне не хватало ее взгляда, которые смотрели на меня с нежностью и заботой, мне не хватало тепла ее сердца.
– так стоп – думаю я про себя – разве я влюблен в Анну? Разве я кому-нибудь говорил об этом? Нету здесь никакой любви, я её просто уважаю и ценю как человека. Хватит об этом думать – останавливаю я себя.
– Дурак, ты Бакыт – говорю я про себя – ты ведь уже успел проникнуться к ней своими чувствами.
- Ну и что?- задаю себе вопрос.
- А то, что ты ее любишь вот что – отвечаю самому себе.
- Да разве это любовь? Подумаешь, два три раза общались в больнице, ну и что?
- Ну, если это не любовь тогда вырви ее из сердца и выкинь её из головы.
- А вот этого я не могу.
- Ну, раз не можешь тогда успокойся.
Я успокаиваюсь, но через некоторое время опять возвращаюсь к своим мыслям, но потом чувствую усталость, закрываю глаза и засыпаю. Вечером просыпаюсь, смотрю на часы, оказывается, я проспал два часа. Чувствую голод, нужно покушать, выхожу из номера, спускаюсь на первый этаж и иду к выходу. На улице я зашел в первое же заведение где можно покушать. Сажусь за стол. Ко мне подходит девушка официантка, я не понимаю их языка, звоню Саше, чтобы он им объяснил, что мне нужно. Официантка выслушивает Сашу с моего мобильника и уходит, кивая мне головой в знак согласия. Через минут пятнадцать мне подают рыбу, отлично, но как я ее съем с помощью палочек ведь я не умею. Я неуклюже вращаю, эти палочки туда сюда, а рыба не идет мне в рот, весь обслуживающий персонал смеется глядя на меня как на "с неба упавшего". Подошла моя официантка и помогла мне с помощью палочек отделить куски рыбы от костей, затем она дала мне ложку. Но я спрашиваю вилку и говорю по китайски "шазы " (вилка), на что официантка знаками мне показывает, что нет вилки. Рыба была очень вкусная, хоть и поел я ее ложкой, но все же это не палочки, которые так и валятся с моих рук.
Вернувшись в номер, я заварил чаю и с удовольствием попил его после вкусной рыбы.
Расслабившись, я лег на кровать и включил телевизор. Прокручиваю каналы, но оказывается здесь нет российских каналов, как в гостинице Зиньджи, но все же я не жалею, что ушел оттуда, потому что, как и Сережа с Витей, я чувствовал за собой тотальный контроль со стороны Маши, может это было ложное чувство, но как тогда объяснить, что Сережа и Витя тайком от Маши приходили ко мне в номер? Они боялись ее, "а вдруг кто то донесет ей, что мы здесь?". И видимо свой страх они перенесли на меня. Но теперь все кончено, они могут приходить ко мне в Houdao (Хоудао) свободно и никто никому не донесет.
Все эти мысли вертелись в голове перед экраном телевизора, пока не зазвонил мой сотовый "Кто бы это мог быть?" поднимаю мобильник, смотрю это Анна.
- Алло Анна – я был так рад.
- Алло! Бакытжан – протяжным и нежным голосом отозвалась Анна, услышав мой голос.
- Да, да Анна это я Бакытжан, я в Пекине – говорю на ломанном английском – как твои дела? – спрашиваю на китайском, ибо к тому времени я уже знал некоторые китайские слова.
Анна отвечает мне, что все хорошо, и мы вместе смеемся. Смеемся от того, что рады слышать друг друга, смеемся от того, понимаем друг друга на половину или с полуслова, смеемся от того что можем объясняться хоть как то.
Я спросил у Анны "как дела в больнице?" на что она ответила, что все хорошо. Я говорил все, что мне вздумается лишь бы побольше растянуть этот миг и послушать ее нежный и приятный голос, но связь, почему то оборвалась "Что такое?" подумал я и набрал ее номер, однако услышал голос автоответа. Мне стало понятно, что у Анны кончились деньги на балансе. "Какой же я дурак" подумал я, ведь нужно было самому сразу перезвонить ей, как только услышал ее голос, чтобы она не тратилась на переговоры. Но теперь уже поздно.
В глубине души, где то шестым чувством я понимал, что Анна беспокоится за меня, и как в доказательство к этому она сегодня позвонила мне. На улице было уже темно, навеянный приятными мыслями об Анне я уснул.

7-9 ноября
Я помню, как вчера Анна задавала мне какие то вопросы и я отвечал, что все хорошо. Анна спрашивала меня о моем здоровье, а я на ломанном английском отвечал, что все хорошо, конечно ей надо было все объяснить попонятнее на китайском языке, но я же не знаю китайского языка. Надо дождаться Витю, чтобы он рассказал Анне обо мне.
В обед зазвонил телефон, это был Виталий, он сказал, что нашел одну женщину переводчицу, которая может объяснить слова врача:
- Вот поговори с ней – попросил он меня и хотел дать ей трубку.
- Мы же должны были встретиться все вместе я, ты, переводчик и врач – возразил я Виталию, но затем немного подумав согласился - ну хорошо дай ей трубку.
Трубку взяла женщина, хотя она и хорошо говорила на русском, но она объяснила мне то же самое, что говорил мне Виталий два дня назад, я понял, что это просто перевод слов Виталия на русский язык, а не врачей.
- Хорошо – сказал я женщине и положил трубку.
Почему то я подумал, что эта женщина является женой Ромы (китайца) которому Виталий дал мой паспорт на продление визы. В эти дни я несколько раз разговаривал с Ромой по телефону, чтобы узнать как дела, и иногда вместо него отвечала его жена, так как Рома плохо знал русский язык.
После обеда ко мне кто то постучал в номер, открываю дверь вижу Витю, я был так рад его приходу. Зайдя ко мне в номер, Витя еще раз рассмотрел мои рентгеновские снимки.
- Когда пойдешь в больницу?
- Не знаю - ответил я – знаешь, Витя у меня к тебе есть дело, но давай вначале покушаем, а потом я тебе скажу о деле.
Витя согласился, и я дал ему денег, чтобы он принес еды в номер. За обедом мы с ним немного выпили вина Витя сказал, что это полезно для желудка. Еда мне очень понравилась, это были блюда, как мне сказал Витя, приготовленные из требухи и мяса крупного рогатого скота.
- Это очень полезно – произнес Витя, объясняя мне рецепты этих блюд.
Суть моего дела к Вите была проста, я хотел, чтобы он помог мне найти хорошую клинику, я ему хотел напомнить даже тот разговор об Университетской клинике, но не успел я об этом сказать, как в номер кто то постучал.
Витя открыл дверь и в номер заскочил Виталий, я не знаю, что он подумал в этот момент, наверное, почуял, что я больше не хочу с ним работать.
- Садись за стол – пригласил я его.
Но Виталий отказался, честно говоря, я так не хотел, чтобы он нас видел вместе с Витей. Недолго думая Виталий сообщил, что мне нужно отдать двести юаней за услуги переводчика.
- Какой переводчик? Какие двести юаней? – я был удивлен.
- Ты же просил и я тебе переводчика искал.
- Ну и что нашел?
- Ну, ты же с ней разговаривал.
- Я тебе, что сказал Виталий?
- Что ты сказал?
- Я тебе сказал, найди переводчика, затем попроси врачей, чтобы мы встретились я, ты, врачи и переводчик, чтобы я смог поговорить с врачами. У меня к ним есть вопросы, а ты что сделал?
Но Виталий начал, что то невнятно объяснять мне, я ничего не понял из связки его полурусских исковерканных слов, я лишь понял, что ему нужно отдать деньги за переводчика, на чем он так сильно настаивал. Я не хотел отдавать ему деньги, но в то же время я не хотел, чтобы мое приятное застолье с Витей было нарушено, и чтобы Виталий быстро ушел, мне пришлось отдать ему эти деньги, "Теперь я с тобой не работаю" мысленно произнес я ему в след, когда он ушел.
- Он тебя обманул – произнес Витя, он был поражен наглостью Виталия – зачем ты дал ему деньги?
- Теперь я с ним не работаю – ответил я Вите.
- Что будешь делать? – поинтересовался он.
И тогда я спросил его:
- Хочешь мне помогать?
Витя с радостью согласился, я сказал ему, что хочу съездить в эту Университетскую клинику, о котором он сам мне недавно говорил.
- Хорошо- Витя кивнул головой.
После этого мы с ним обговорили план нашего завтрашнего дня.
- Завтра утром я к тебе приеду в семь – сказал мне Витя – и мы с тобой поедем в больницу. Там очень сильные врачи по костям, пусть они тебя посмотрят.
Я согласился и в знак нашей дружбы мы пожали друг другу руки, на радостях мы с ним обнялись, как братья.
Попозже я вспомнил, что хотел позвонить Анне, я объяснил это Вите и попросил его рассказать ей обо мне, он согласился. Я набрал номер Анны, только бы работал ее телефон, я услышал гудки, значит, телефон Анны работает, я был так рад.
- Алло Анна это я Бакытжан – начал я на английском - Нихао – произнес приветствие на китайском.
Анна была рада услышать меня.
- Анна сейчас с тобой поговорить мой друг Витя – объяснил я ей, и передал трубку Вите – вот Витя поговори.
Почему то Витя долго разговаривал с Анной, и я терпеливо ждал, под конец, закончив свой разговор, Витя протянул трубку мне.
- Наконец то – облегченно вздохнул я, после утомительного ожидания, взяв трубку, я попрощался с Анной - Что она говорит? - спросил я Витю.
- Она вот такая девушка - показал мне Витя большим пальцем вверх.
- Анна любит тебя.
Я был удивлен, будто я просил Витю поговорить с нею о любви.
-А ты что спрашивал ее об этом?
-Да – спокойно ответил Витя.
- Да ты что? Зачем?
-Анна говорит, что очень сильно переживает за тебя, говорит, что очень сильно хочет, чтобы ты вылечился. Анна просит меня, чтобы я тебе помогал. Я спросил, у нее любит ли она Бакыта, она говорит "люблю".
Я, конечно, был ошеломлен этим заявлением Вити, неужели все так серьезно, неужели Анна любит меня больше чем я ее? Ведь своей просьбой к Вите она проявляла обо мне свою заботу. Неужели так сильна китайская любовь?
В глубине души я не хотел начинать свои отношения с Анной с больших чувств и поэтому я боролся с собой, чтобы не быть увлеченным этими чувствами. Здесь я имею ввиду романтические чувства, ведь я любил Анну как свою сестру, как человека и эта любовь не имеет отношения к романтике. Но откуда же у меня тогда появились чувства? Я не знаю, как они появились? Ну да вначале мы с Анной уважали друг друга, но как это уважение переросло в чувства? Теперь я боялся своих чувств, но с другой стороны я очень желал общаться с Анной. Ну и как мне теперь объяснить всем, что я очень люблю Анну и в то же время я боюсь ее любить? Неужели и такое бывает?
Я спросил Витю, о чем еще он с ней разговаривал?
- Она просит меня, чтобы ты не пил водку – ответил он мне.
- А кто вообще сказал ей, что я пью водку?
- Незнаю – ответил Витя - я не сказал. Но она просит меня, чтобы ты не пил.
"Значит, она узнала" подумал я про себя, мне стало понятно о том, что Анна узнала, что у меня в номере больницы Урумчи была водка из которой я делал компрессы для ноги. Но откуда она это узнала, ведь я тщательно это скрывал? "Значит, узнала" повторно мелькнула мысль, я взглянул на спокойное лицо Вити, и улыбка коснулась моего лица – хорошо – произнес я.
Утром в семь часов, как и договаривались, ко мне пришел Витя вместе с Сережей, честно говоря, я не знал, что придет Сережа, но так решил Витя я лишь молча согласился. Мы вышли на улицу, остановили такси и попросили таксиста довезти нас до Университетской клиники, таксист согласился и мы сели. По дороге в такси наш разговор зашел о девушках и тогда я показал Сереже фото моей фарфоровой куколки, моей дорогой Анны.
- О! Красивая девушка – произнес он.
- Хорошая девушка – добавил Витя, показывая большой палец вверх.
Мы ехали, утро было солнечное и казалось, все складывается благополучно даже то, что народу в Университетской клинике было очень много, меня не огорчало потому что, Сережа с Витей помогли мне быстро попасть на прием к врачу.
Меня осмотрели несколько врачей, каждый из них задавал мне вопросы, я им рассказал обо всем и о том, что врачи Урумчи говорили мне об ампутации, и об осмотре врачей в 301-ой больнице. Затем я спросил у них, смогут ли они сделать ампутацию?
- Нет – сказали они – ногу еще можно лечить.
- Вы предлагаете мне операцию, после которой нога не будет сгибаться? – спросил я.
Но они сказали, что нога будет сгибаться, они полностью отрицали диагноз врачей Урумчи, о том, что у меня рак кости.
- Ну, все таки сможете ли вы сделать ампутацию? – я был настойчив.
- Если ты хочешь сделать ампутацию, то иди в другую клинику – посоветовали они мне.
В коридоре я облегченно вздохнул "наконец то хоть что то решилось", теперь дело оставалось за малым. Нужно было обсудить с Витей мою госпитализацию, я не знал как это он сделает, но самое главное он уже сделал, я не переживал и положился на Витю. Мы вышли из больницы уже к обеду, настроение было приподнятое, в животе у нас заурчало, мы ведь с утра ничего не ели.
С желанием угостить своих друзей я спросил:
- Где можно пообедать ?
И они рассказали мне о ресторане Тийханши, который находился невдалеке от гостиницы Houdao (Хоудао) мы сели в такси и поехали в этот ресторан. За шестьдесят восемь юаней на человека в этом ресторане мы оказались за пиршественным столом, здесь можно было есть столько, сколько захочешь. Кормили до отвала и всего лишь за шестьдесят восемь юаней. Один за другим официанты подносили нам различные шашлыки и жаренные мяса с различными приправами и растительными салатами, а море продуктов было "целое море" - креветки, крабы, устрицы, как из рога изобилия.
За обедом я отблагодарил Сережу и Витю за сегодняшнюю помощь и дал им по двести юаней.
- Ну и когда теперь меня положат в больницу – спросил я Витю.
- Завтра я еще раз схожу и поговорю с врачом, который поможет положить тебя в больницу- ответил мне Витя.
- Ок – согласился я и наш пиршественный обед продолжился.
Теперь я ожидал того дня, когда меня госпитализируют в Университетскую клинику, я ожидал, что Витя быстро договорится с врачами, но ожидания мои были напрасны. На следующий день ко мне пришел Витя и сообщил, что из за большого количества больных в больнице, свободных мест нету.
- Но я уже поговорил с клиникой Харбина, там есть место нужно ехать туда – сообщил Витя, стараясь успокоить меня.
Я был омрачен известием того, что в Университетской клинике нету свободных мест.
- Что ты наделал? Зачем ты разговаривал с Харбинской клиникой? Я же хотел лечь в Университетскую клинику. Зачем?
- Бакыт – начал Витя- там людей очень много, будешь много дней ждать.
- Ну и что?
- Потом в этой больнице операция будет очень дорогой. Давай поехали в Харбин.
Я не соглашался с Витей, но он продолжал доказывать мне, что операция в Пекине будет мне стоить очень дорого, а в Харбине будет дешевле. Я был поражен тем, что Витя не спросив меня уже поговорил с клиникой Харбина и уже пообещал им, что скоро мы приедем, но с другой стороны я верил ему потому что он для меня уже стал как брат.
Витя был тверд в своем решении помочь и всегда искал для меня самые оптимальные и мало затратные варианты.
- Бакыт я обещал Анне помочь тебе, и я тебя не обману. Поехали в Харбин.–
- Хорошо – немного подумав, согласился я – но мне надо позвонить домой и сказать им, что я еду в Харбин.
Вечером, когда Витя ушел на работу, я спустился на первый этаж и задал вопрос менеджерам гостиницы:
- Сколько километров от Пекина до Харбина?
Менеджер, которого я называл мистер Шэн и с которым я общался на ломанном английском, посмотрел в компьютер и написал на бумаге 1500 км.
Я схватился за голову, это было так далеко от Пекина "Как я сообщу об этом родителям?" Но выхода не было, я позвонил домой в Казахстан и сообщил родителям о своем решении поехать в Харбин и тем самым поставил их в трудное положение. Родители не могли согласиться с моим решением, они проявили беспокойство и были против, мне пришлось доказывать им и убеждать их, что все будет хорошо.
- Пока никуда не езжай, мы подумаем – сказал мне отец.
- Хорошо – согласился я "Пусть думают".

10-11 ноября
Утром я позвонил Анне, она подняла трубку, я был так рад, она не заставила меня ждать долго. Мне было очень приятно слышать ее нежный голос.
- Как дела? – спросила она меня на русском?
Я ответил, что хорошо. Анна задала мне вопрос на английском и на китайском, но я ничего не понял, и лишь произносил это английское "What? What?"(Что?)"
Наконец она вспомнила это русское слово и с акцентом произнесла:
- Как здоровье?
-А-а-а-а – я рассмеялся, как я долго не мог её понять.
Мы вместе рассмеялись. Я не знал, как будет по-китайски или по-английски здоровье, но я ответил.
- Здоровье ок –
Временами мы смолкали от того, что нечего было сказать друг другу, вернее мы не знали языка друг друга, и тогда я задавал вопросы уже на русском языке, от чего теперь она спрашивала меня "What? What?" и мы оба опять смеялись. В дверь кто то постучал.
- Анна подожди сейчас, кто то стучит. Please wait (пожалуйста подожди) - открываю дверь смотрю это Витя – О-о-о Витя заходи – говорю я – это пришел Витя – сообщаю Анне - знаешь Анна я скоро наверное уеду в Харбин – но понимаю, что Анна ничего не поняла – сейчас тебе Витя объяснит – я протягиваю Вите телефон – объясни ей Витя, что мы с тобой возможно поедем в Харбин.
Витя взял по моей просьбе трубку и начал разговор, разговаривал он минут десять, хотя мне показалось десять часов. После я взял трубку.
- Anna цзай жиен (пока) - попрощался с Анной и уставился на Витю – ну что объяснил ей?
- Да… Она говорит, чтобы я помогал тебе.
- Так и сказала?
- Да… Я спросил у нее "Любишь Бакыта?" , она говорит люблю. Она очень сильно любит тебя и хочет, чтобы ты вылечился.
Конечно, мне приятно было то, что Анна просила Витю помочь мне, но самое приятное было услышать то что она меня любит. Иногда я осуждающе спрашивал Витю "Зачем ты постоянно спрашиваешь ее, любит она меня или нет?" Но Витя из за плохого знания русского, невнятно мне отвечал, и я ничего не понимал из его связки слов. Но все же мне было приятно услышать, что Анна любит меня, вместе с приятными чувствами у меня появлялись и более глубокие чувства, это были те чувства, которых я избегал и которых я боялся, но все же попал в их плен..
- Что говорят родители – спросил меня Витя.
- Родители пока не дают согласие –
Витя был так настроен, поехать в Харбин, что несогласие моих родителей огорчило его:
- Почему?
- Не знаю, Витя не знаю.
- Бакыт там в Харбине очень хорошая больница тебе туда надо ехать.
- Витя потерпи мы обязательно поедем в Харбин – успокоил я его.
Недавно Витя говорил, что должен приехать один его друг из Харбина, который должен отвезти нас в эту самую Харбинскую и больницу, и я спросил Витю.
- Когда приедет твой друг их Харбина?
Витя пожал плечами.
- Незнаю, наверное завтра
- Ну вот видишь еще нужно ждать твоего друга.
Нам нужно было обязательно дождаться этого друга Вити, потому что от него много что зависело. Конечно, самое неприятное в этой ситуации было то, что я зря теряю время, ведь мне быстрее хотелось решить проблему своей ноги, но что поделаешь ждать так, ждать.
- Пусть твой друг приедет – сказал я Вите - а к тому времени мои родители дадут свое согласие – но тут меня осенила мысль - да чуть не забыл, у меня же виза будет готова в понедельник так, что время у нас еще есть, так что не зачем переживать Витя – я был так рад, хоть немного, но рад, что не зря теряю время.
Наступило время обеда, и Витя куда то собрался уходить.
- Куда идешь?- спросил я его.
- Я с утра не кушал, хочу пообедать.
- Ну, пошли вместе тогда – я решил угостить Витю – а куда пойдем?
Витя молчал, не зная, что сказать.
- Давай в Тийханши сходим – предложил я.
Витя согласился, и мы вышли из номера. Мы вышли на улицу, лил дождь, и поэтому нам пришлось взять зонты в рецешене гостиницы. До ресторана Тийханши было десять минут ходьбы и мы пошли пшеком. Однако, когда мы пришли в Тийханши, он не работал, мы так сожалели об этом.
- Что теперь будем делать? – спросил я.
Витя не знал, что предложить ведь угощал я, а потому предлагать должен был я. И тогда я предложил ему купить еду и пообедать в номере гостиницы. Витя согласился и тогда я дал ему денег, чтобы он купил приправленную требуху и телятину, как в прошлый раз, а сам пошел в гостиницу. В номере гостиницы мы хорошенько закусили и чуть-чуть выпили вина, которое принес Витя и которое он считал очень полезным для желудка..
Настроение было хорошее, мы с Витей обсуждали план поездки в Харбин, пока наш разговор не прервал звонок сотового Вити. Витя поднял трубку, это была Маша, та самая Маша его хозяйка, которую мы все так сильно "любили".
- Что она хочет? – спросил я Витю, когда он положил трубку.
- Говорит, чтобы я заплатил штраф.
- Какой ещё штраф? За что?
- Я в три часа должен был выйти на работу, но потом передумал и решил выйти вечером. А она говорит "За то, что в обед не вышел на работу заплатишь штраф". Все Бакыт я пойду – Витя встал и начал собираться, кажется он и вправду собирался заплатить штраф.
- Куда пойдешь? На улице дождь льет. Садись – твердо произнес я.
Но Витя не хотел оставаться "Она меня оштрафует" твердил он.
- Так она уже тебя оштрафовала. Послушай меня Витя. Она что вам платит зарплату из собственного кармана что ли?
- Нет.
- А почему она вас штрафует тогда?
Витя не знал, что и сказать.
- Вы же сами себе зарплату делаете, а потому вы сами себе хозяева. Своим временем вы должны распоряжаться сами, а не эта ваша Маша.
Витя стоял в нерешительности.
- Снимай куртку и садись. Никуда ты не пойдешь. Давай нормально покушаем – я налил в стаканы чай – садись давай покушаем – я хотел обсудить с Витей его работу.
Витя снял куртку и присел.
- Сколько ты должен заплатить штраф – спросил я Витю.
- Триста.
- Трииистааа – я был поражен жадностью этой смазливой девчонки – слушай да ведь ты в день еле-еле двести юаней зарабатываешь, откуда ты такой штраф заплатишь?
Было ясно, эта смазливая девчонка пытается закабалить всех этих людей, сделать их рабами, ползающими у ее ног и просящих у "ее величества" кусок хлеба.
Витя был не настроении, его телефон опять зазвонил.
- Это опять Маша – произнес он и ответил на ее звонок. Витя пытался объяснить ей, но она была неумолима.
И тогда я забрал трубку из рук Вити, чтобы поговорить с Машей. Сам не понимаю, зачем я взял его трубку? Я попытался объяснить Маше, чтобы она не штрафовала Витю, но Маша сухо ответил на мое приветствие, и твердо потребовала, чтобы Витя заплатил штраф. Этот штраф она требовала так, будто Витя не отдавал ей столетний долг.
- Маша ну ты же наша – попытался я ее рассмешить ее шуткой, но и шутка не брала ее.
- Пусть он заплатит штраф – настойчиво требовала она.
- Ну, Маша, зачем ты так? –
- Что вам надо? – резко повысила она на меня свой голос.
- Не штрафуй его, пожалуйста, Маш, ради меня ведь я все таки гость в Пекине, покажи свою гостеприимность.
От этих слов у Маши внутри, как будто бомба взорвалась.
- Он заплатит штраф, и вы не вмешивайтесь. Вам понятно? Вам это понятно?
Маша уже кричала на меня, я тут же бросил трубку:
- Вот стерва а? – я уже был не в состоянии терпеть ее дурной тон – Что она себе позволяет?
- Я же тебе говорил Бакыт – произнес Витя, имея в виду, что с ней не стоит разговаривать – теперь я остался без работы.
Витя был огорчен, он лишился единственного источника доходов, которого хватало ему лишь для того, чтобы только существовать. Честно говоря, мне было жаль Витю, жаль было в том плане, что такой высококлассный специалист по иглотерапии был без работы. Если бы он жил у нас в Казахстане, то имея такие способности жил бы по крайней мере хорошо. Как не хватает у нас в Казахстане таких специалистов, и как их не ценят здесь в Китае. Говоря о Вите, как о специалисте, я имел ввиду специалистов из внутреннего Китая, так как я был убежден, что настоящие специалисты находятся именно здесь во внутреннем Китае.
- Ты не остался без работы – успокоил я Витю.
Витя взглянул на меня, не понимая о чем это я.
- Теперь ты работаешь на меня, теперь я тебе буду платить деньги.
- Сколько ты будешь платить?
- Триста юаней в день устроит?
- Да – Витя был так рад, он был вдвойне рад: он был рад, что помогает мне, он был рад тому, что эта помощь ему оплачивается. Конечно эта работа была для Вити временная, но все же это было лучше, чем выслушивать истерику Маши.
Поздно вечером он ушел от меня, сказал, что сходит по делам. Потом я узнал, куда это он сходил. На радостях и под хмельную голову, так как выпил водки, он сходил в гостиницу Зиньджи, и рассказал своим коллегам, что он больше не работает здесь, и что теперь он уедет вместе со мной в Харбин. На вопрос своих коллег "Что он собирается сделать со штрафом, к