Китайская любовь, Часть 2

Китайская любовь, Часть 2

19 октября
Я открыл глаза от стука в дверь и увидел, как в номер вошли врачи во главе с заведующим отделения Жигером среди них был китаец, который в прошлый раз фотографировал мои снимки, доктор Али, что то спросил у китайца, тот начал, что то отрицать. Они посмотрели, поговорили и вышли.
- Сосудистый хирург сегодня опять не сможет прийти и посмотреть твои снимки, так что жди – сказал мне Али, когда все врачи вышли.
- Ну а если сосудистый хирург скажет что сосуды здесь не при чем? – спросил я.
- Скорее всего, он так и скажет. И все таки я думаю, что ногу нужно ампутировать- заявил Али.
Меня уже не удивляло заявление врачей об ампутации ноги, хотя было и неприятно конечно, но внутренне я был к этому готов.
После того как ушел Али, я вышел в коридор думая что увижу Анну, но ее не было на работе «Наверное вечером выйдет » подумал я.
Через некоторое время в номер заглянул Мухият «Вот ты и вовремя пришел» подумал я, однако на сей раз при виде Серика Мухият не стал говорить ерунду, он заговорил лишь о моем здоровье. Мне было не в терпеж, разоблачить его о вымысле его цехов:
- Расскажи нам Мухият, как ты сшил эти брюки? – спросил я.
Мухият посмотрел на Серика и указал на меня рукой – Посмотри на него, он не верит мне, что я эти брюки сшивал у портного.
-У кого? У кого?- я был поражен этими словами.
- Я сшил эти брюки у портного. Я купил на рынке материю и попросил портного сшить мне брюки.
- Постой, постой так ведь ты днем раньше говорил мне, что у тебя есть швейный цех, где ты сам сшил эти брюки.
- Когда это я тебе такое сказал?
- Вчера сказал.
- Я тебе сказал, что сшивал у портного.
- Хорошо расскажи тогда, как ты туфли себе сшил?
- Туфли я купил на рынке.
- Нет, ты ведь сказал, что у тебя есть цех по пошиву туфлей.
- Какой цех, ты о чем это Бакыт? – Мухият не признавался.
Я еще долго пытался вывести Мухията на чистую воду, но он все отрицал, как будто и не было вчерашнего разговора. Было понятно, что он не сознается «наверное, стыдно стало ему вот и не сознается, ну и пусть» подумал я, главное он понял, что врать это не хорошо.
Бывало так, что поздно вечером, после ужина мы с Сериком прогуливались вдоль тротуара, вдоль которого шла оживленная торговля. Торговые лавки на которых шла торговля, были расположены вдоль тротуара один к одному, и так от начала улицы и до конца.
- Они все выходят только вечером, а днем ты их здесь не увидишь – объяснял мне Серик об этих торговцах - Они выходят сюда в где то в шесть вечера и торгуют до десяти - одиннадцати вечера.
И в один из таких дней, когда мы проходили вдоль этих торговых лавок меня вдруг осенила мысль о китайском народе: везде в средствах массовой информации я читаю, вижу и слышу о том, что китай это страна агрессор пытающийся захватить чужие страны, чужие территории, что у китая есть многомилионная неистребимая армия которую она может в любой момент может перебросить за пределы своей страны и тем самым захватить и уничтожить мирное население. Китай это опасный враг и опасный сосед, нужно остерегаться китая слышу я когда открываю страницы интернета.
Признаться, когда я это слышал у меня мурашки по коже бегали, но когда я проходил по улицам Урумчи мимо торговых лавок расположенных вдоль тротуаров, когда я проходил мимо этих базаров, где один к одному стояли торговцы товарами, как они стояли и мерзли в эту холодную осень, согревая свои руки у губ, я увидел их добродушные лица и понял, что этим людям не нужна война, этим людям нужен мир и покой.
Я вглядывался в эти мирные и добродушные лица и понял, что они настолько любят свою страну, которую они называю Жунго, что никогда в жизни не захотят покинуть ее пределы ради присоединения чужих территорий. Да конечно заработок на этих уличных базарах был мизерный, но лучше заработать этот мизер и вечером у домашнего очага спокойно накормить своих детей, нежели провести беспокойную жизнь полную тревоги и душевных потрясений, которую приносит война. Глядя в эти лица я понял, что это были мирные жители страны поднебесной, которые тоже хотят жить, мечтать, строить планы на будущее, смеяться, любить и дружить. Я смотрел на эти лица и понял, что я их люблю, а вместе с тем я люблю их страну Жунго.
- Уо айни Жунго. Уо айни Жунго – повторял я про себя, когда проходил мимо этих лавок.
Когда мы были уже в больнице, я вышел в коридор, и как всегда начал ходить взад и вперед, мысли о том, что же мне теперь делать с ногой не давали мне покоя, я заметил, как мимо меня проходит один китаец, я взглянул на него и протянул ему руку, мы обменялись с ним рукопожатием. Он странно посмотрел на меня, еще бы ведь в китае так не принято просто подходить и здороваться с незнакомцем, это у нас в Чимкенте человек может протянуть руку незнакомцу и никто этому не удивится, потому что рукопожатие у нас считается нормой, а здесь все по другому.
- Нихао – произнес я, глядя на незнакомца.
- Нихао – ответил тот и что то заговорил.
Я так понял, он хотел узнать, что мне нужно от него. Я спросил его имя на английском, он улыбнулся и ответил Шын-Чан. Мне несколько раз пришлось повторить его имя, прежде чем я научился правильно его произносить.
Шын-Чан тоже немного знал по английски, но этого было недостаточно чтобы мы могли понять друг друга и поэтому я его пригласил к себе в номер, чтобы Серик перевел ему мои слова.
- Я из казахстана и мне просто хочется пообщаться с китайцами. Вы не против?
- А-а нет нет – ответил мне Шын-Чан, он вытащил из кармана элегантные сигареты и предложил нам закурить, я отказался но Серик взял.
Подкурив сигарету Шын-Чан рассказал мне через Серика, как он попал в автомобильную аварию, год назад, от которой он получил переломы ног и рук:
- Но сейчас все хорошо. Прохожу очередной курс терапии – пояснил он - А что с тобой?
Я объяснил ему суть своего заболевания объяснил о том, что был в Москве потом в Израиле " на израиль у меня была большая надежда, но они мне не смогли помочь, а теперь приехал сюда и здесь не могут мне помочь, говорят, что нужно сделать ампутацию ноги"
- нет, ты, что не делай ампутацию – забеспокоился Шын-Чан – знаешь, что езжай ты лучше в Пекин там есть триста первая больница, это очень хорошая больница там тебе смогут помочь, и не думай об ампутации.
- А что ты думаешь на счет Германии? Может быть мне лучше съездить в германскую клинику?
Шын- Чан начал что то отрицать:
- Он хочет чтобы ты поехал в Пекин в триста первую больницу. Не езжай говорит в германию – перевел мне Серик.
- Но ведь это доктор Али мне советует съездить в германию. Почему мой лечащий врач не говорит мне про Пекин? Наверное, от того, что в германии лучше лечат – не соглашался я.
- Вот я удивляюсь глядя на вашу страну. Почему вы все время опираетесь на Европу? Почему вы все время преклоняетесь пред европейскими ценностями? Для вас Европа это некое божество, без которого вы жить не можете. Вы даже не представляете своей жизни без Европы. Вы должны понять, что мы азиаты очень сильны. И если вы перестанете опираться на Европу то вы сможете стать очень сильной страной.
- Но это уже относится к политике.
Шын-Чан продолжал что то мне говорить и объяснять.
- Он хочет, чтобы ты поехал в Пекин в триста первую больницу – перевел мне Серик.
- Хорошо – ответил я желая не расстраивать Шын- Чана видя его искреннее желание помочь мне.
Мы общались с Шын- Чаном еще минут пятнадцать, но затем его позвала хушэ и он удалился.


20 октября
Сегодня суббота Анны сегодня нет, как и вчера, и я уже успел соскучиться по ней. Я не понимал, почему это Серик все время меня предупреждает, что мое общение китаянками как таковое не позволительно, но почему, ведь Анна ведь не против нашего общения? Почему Серик так чего то боится ?
Сегодня мы весь день лежали в номере и выходили лишь только на обед и ужин. После обеда к нам заходил Мухият и сказал, что в понедельник его брата выписывают из больницы.
- А почему ? Разве твоему брату лучше стало? – спросил я.
- Мы сегодня разговаривали с врачами, они говорят, что брату жить осталось совсем немного.
- Как это? А что вообще у твоего брата?
- У него рак кости на бедре. Эта болезнь уже слишком далеко зашла.
- А я почему то думал что у него просто болит бедренная кость.
- Мы тоже так думали, но после обследования выяснилось, что это рак кости.
Мне хотелось еще раз посмотреть на брата Мухията, и попозже я зашел к ним в номер, там сидела жена больного брата, Мухият Капар.
Измученный болезнью больной брат попросил, чтобы ему помогли подняться, они помогли ему и он присел на кровати и не в состоянии был разговаривать.
- Можно мне прикоснуться к больному месту- спросил я у Мухията с Капаром.
И когда они мне разрешили я прикоснулся ладонью к больному месту их брата и мысленно молил Бога об исцелении. Как жаль однако, но брат их умер не смотря на мои молитвы, он умер после нового года через месяц после того как я приехал домой.
Вечером я узнал, что Анна прибудет на работу завтра с утра, и я решил, что мне нужно сказать Анне, что то приятное на китайском.
Я спросил у Серика:
- Серик, а как будет по китайски «Анна я очень рад тебя видеть»?
- Уо жиен го ни хэн гаосин – объяснил Серик.
-Как как?
- Уон жиен го ни хэн гаосин.
Мне пришлось несколько раз повторить эти слова, чтобы выучить их.


21 октября
Я проснулся, где то в восемь утра и посмотрел в окно, день предвещал быть сегодня солнечным, сегодня воскресенье и мы идем гулять по городу, так как еще вчера я попросил Серика показать мне город.
- Серик вставай – сказал я ему и пошел умываться.
Как всегда я дал Серику деньги чтобы он мне принес фрукты и что-нибудь поесть к чаю и пока его не было я вышел в коридор. Анна сидела за постом, рядом сидела еще одна хушэ имя которой я не запомнил. Я подошел к ним и поздоровался, они были как всегда приветливы, я спросил на ломанном английском, как у них дела? Они ответили «ок».
- Анна уо жиен го ни хэн гасин (Анна я очень рад тебя видеть) – произнес я на китайском языке, в этот момент Анна растерялась, улыбка медленно сошла с ее губ.
- О-о-о-о! – восхищенно произнесла рядом сидящая хушэ, для них это было нечто поразительное.
Растерялся и я, неужели я сказал, что то непристойное или Серик был прав, что китаянки таких отношений не понимают? Мне показалось, что своим комплиментом я поставил Анну в неловкое положение, неужели теперь она обидится на меня? Да нет, не может быть Анна не такая девушка, она обязательно поймет меня.
Не желая и дальше усугублять положения, я вернулся в номер.
Вернувшись, я не мог найти покоя, почему Анну смутили мои слова? Нет, Анну смутили не мои слова, ее смутило непонимание окружающих. Окружающие не понимают моей жажды общения с Анной, они могут расценить это как, приставание или сексуальное домогательство… да именно так окружающие люди могли расценить мои слова именно так. А я глупец поставил Анну в неприятно положение.
«Да ладно ерунда все» успокаивал я себя «люди подумают и перестанут и ничего из этого не случится».
Однако Серик заметил мое состояние - что с тобой Бакыт? – спросил он меня, наливая мне чай.
- Да нет ничего все нормально – скрыл я свое расстройство.
Мы вышли из больницы и поймали такси, и попросили таксиста отвезти нас на красную гору. Приехав на красную гору, мы взобрались на нее, и с высоты горы, как на ладони нам открылся центр города с высокими небоскребами и ярко раскрашенными пагодами.
-Если выехать за город - сказал Серик мне указывая вдаль рукой – то там тоже есть горы, есть красивые озера и луга где казахи пасут овец и коров, а вот в той стороне пустыня там тоже живут казахи и они пасут верблюдов-
Вообще жизнь в Урумчи это прекрасная штука здесь можно зайти в любое уйгурское кафе и и за 15 юаней поесть острое мифан или лагман, здесь также за дешево можно пробовать вкусный шашлык приправленный перцем, а если зайдешь в казахское кафе то за 30 юаней можно попробовать казы, а за 15 юаней попить очень вкусный шубат3 это все сравнительно не дорого.
Раньше я считал этот город, какой то провинциальной дырой, но приехав сюда и увидев модные элитные дома и небоскребы, понял что ошибался. Урумчи это крупный международный торговый центр с такими крупными торговыми центрами как Бенджан и Хуалинь где представлены товары различных отраслей производства по дешевой цене, Урумчи это возрождение древнего шелкового пути через казахстан в европу. В этот город, имеющий 5млн жителей ежегодно стекаются 20 млн. туристов, они приезжают сюда со всего света Европа, Америка, СНГ. Меня поразили также двухярусные автодороги, они были очень длинными. Такие автотрассы были повсюду, их строили специально для решения проблем заторможенности дорог.
После прогулки на красной горе мы поехали в уйгурский центр Ардачоу и поели там острый мифан, а после обеда я попросил Серика отвести меня в какой нибудь массажный салон так как у меня из за перегрузки на левую ногу постоянно болела поясница, Серик согласился мы поймали такси и поехали.
Я не знаю, куда мы приехали, но приехали мы туда, куда привез нас таксист. Это была, какая то баня высотой в пять этажей, мы вошли туда:
- Хочешь в бане искупаться, здесь тебе и массаж сделают?- спросил меня Серик.
- Нет какой там искупаться с такой ногой- отказался я.
- А что такого? Искупаешься, и тебе массаж сделают. Тут только так делают после бани.
- Нет купаться я не буду, пусть сразу массаж сделают.
- Тогда я тоже не буду купаться- отказался Серик и обратился к обслуживающему персоналу, и что то спросил у них те что то закивали ему в ответ.
- Что они говорят?- спросил я Серика.
- Они говорят, что массаж можно сделать в отдельной комнате. Нужно триста юаней заплатить.
- Сейчас заплатить?
- Нет на выходе.
Я закивал головой в знак согласия и парень из обслуживающего персонала провел нас с Сериком в отдельную комнату:
- Сейчас придет массажистка- сказал Серик
Через некоторое время в комнату вошла массажистка китаянка лет тридцати среднего роста:
– Нихао – приветливо поздоровалась она с нами, и что то спросила.
Серик в ответ указал на меня как на человека, которому нужен массаж. По указанию массажистки я снял свитер и джинсы и массажистка приступила к делу. Между делом Серик шутливо общался с массажисткой, а массажистка расспрашивала у него обо мне. Серик рассказал ей, что я из казахстана и китайского не понимаю. Потом Серик ей рассказал смешную историю и они обе рассмеялись.
Признаться, массаж мне не понравился, массажистка очень сильно сжимала мне мышцы своими руками, что было неприятно больно, я делал ей несколько раз замечание, но она все равно повторяла эти болевые движения. Под конец, когда я достал массажистку своими замечаниями она обратилась к Серику:
- Что она говорит? – спросил я у Серика.
- Она спрашивает, нужна ли тебе девочка?
- Что серьезно, что ли?
- Да она предлагает тебе девочку.
- Она что сама хочет стать этой девочкой? – шутливо спросил я.
- Нет, она говорит, что не может. Говорит, что у нее есть парень.
- Ну да ладно паренька твоего отодвинуть можно же? Зачем ей нужен парень когда стою я? –пошутил я и Серик перевел ей.
Массажистка рассмеялась и тоже что то ответила:
- Она говорит, что если ты хочешь стать ее парнем, то пусть в Урумчи купит ей квартиру – перевел Серик.
- Чего..о..о! – шутливо удивился я – я самому себе не могу купить квартиру, откуда я ей куплю?
Серик перевел массажистке, и мы вместе рассмеялись.
Через некоторое время массажистка опять спросила меня через Серика – Не хочет ли он девочку?
Признаться, я был заинтригован этим предложением:
- Ну давай где она твоя девочка? – шутливо спросил я.
Массажитска позвонила по сотовому и с кем то переговорила – Сейчас она придет- ответила она нам.
Через пять минут в комнату вошла молодая симпатичная китаянка лет двадцати пяти а в красном пеньюаре – Нихао – приветливо улыбнулась она нам и о чем то заговорила с массажитской. Обернувшись она посмотрела на меня, я увидел в её глазах озорной огонек.
- Сколько она хочет? – спросил я, и Серик перевел мой вопрос.
- Триста шестьдесят – ответила массажистка
- Сейчас надо заплатить?
- Нет, при выходе заплатишь – ответил мне Серик.
- Ну, хорошо – согласился я.
Массажитска и Серик вышли из комнаты, оставив меня наедине с девушкой. Девушка, мило улыбаясь, подошла ко мне и что то произнесла, я не понимал ее и показал ей это знаком, она погладила меня по груди и влюбленно посмотрела в мои глаза. Я улыбнулся, и она рассмеялась, погладив меня по щеке. Затем она начала раздеваться и прошла в ванную комнату, чтобы ополоснуться в душе.
Я лежал на кровати и был поражен, как это моя шутка о девочке реализовалась в действительность? На самом деле я не хотел этого, у меня и желания не было. Все случилось быстро из за какой то безобидной шутки. Из ванной комнаты доносились всплески воды. Мне было все равно будет интим у меня с этой девочкой или не будет, но в какой то, момент я вспомнил Анну, её лицо, красиво излучающей доброту и женственность и в один момент желание интима отпало. Я встал с места и оделся, взял в руки костыли и увидел, как китаянка вышла из ванной обернутая полотенцем, она была удивлена и о чем то, спросила меня, вероятно, она спросила «Что это со мной случилось?»
Я извинился и сунув ей в руки пятьдесят юаней и вышел из комнаты. На выходе ждал меня Серик:
- О Баха! – удивился он – ты что так быстро уже закончил?
- Нет – ответил я - что то не хочется – я присел на диване рядом с Сериком.
- А что случилось?
- Не знаю, не хочется.
Серик пригрозил мне пальцем – кажется, я начинаю понимать, в чем тут дело.
- Ну и в чем же?
- Кажется, ты о ком то думаешь?
- О ком же это я думаю? – усмехнулся я.
-Ну, о той конечно – двусмысленно подшучивал Серик.
- Да брось ты. Не о ком я и не думаю
Серик рассмеялся – ладно заплати за массаж, и поедем в больницу.
Я заплатил за массаж, и мы уехали. К вечеру мы вернулись в больницу, по дороге мы успели купить еды. Вернувшись в номер, мы позвали к чаю Мухията и его брата Капара хотели на последок с ними попрощаться, да к тому же им всегда интересно было поговорить со мной, как с человеком, приехавшим из их исторической родины. В разговоре они все время изъявляли желание уехать из Китая.
- Но ведь и Алтай является родиной казахов, хоть и находится в китае – заявил я - вы можете приехать, чтобы посмотреть казахстан, но я вам скажу, что в китае вы неплохо живете. Живите лучше здесь. Мне долго пришлось их убеждать, о превосходстве жизни в китае.

22 октября
Сегодня с утра был обход врачей во главе с заведующим отделения Жигером:
- Сосудистый хирург еще не смотрел твои снимки?- спросил Жигер.
- Нет – я отрицательно покачал головой.
- Он сегодня должен прийти – произнес доктор Али.
- Тебе придется подождать – Жигер вопросительно посмотрел на меня – хорошо?
- Хорошо- согласился я, хотя куда мне было деваться.
Врачи выходили из номера, доктор Али оставался ещё позади них – Жди он обязательно сегодня придет к тебе.
Я положительнозакивал ему головой.
После утреннего чая я вошел в номер брата Мухията, чтобы еще раз попрощаться с ними, но номер оказался пустой значит, они ушли рано утром, как жаль, что я не успел увидеть их напоследок.
Выйдя в коридор, я подошел к посту, чтобы увидеть Анну, но узнал, что ее сегодня не будет, как мне хотелось увидеть ее. У поста медсестер я почему то сегодня обратил внимание на маленький ящик, стоявший на у них столе.
- Халида, а что это за ящик?- спросил я у уйгурки Халиды понимавшей мой язык.
- Это ящик, куда бросают письма больные.
- А что они пишут? – поинтересовался я.
- Всякое. Могут написать жалобу на врачей или на хушэ. Или могут написать хорошее о нас.
- А кто их читает?
- Старшая хушэ. Если вы напишите жалобу, она сообщает об этом главному врачу. Если похвалите, то объявляют вам благодарность за, то что вы остались довольны обслуживанием.
- Интересно – произнес я, и у меня появилась мысль
– Халида дайте мне лист бумаги.
Халида молча подала мне лист бумаги, и я ушел в номер. Я решил написать про двух хушэ, которые мне понравились это была уйгурка Халида и китаянка Анна.
Сидя за столом, я написал письмо, в котором выражал свою благодарность за работу этих двоих хушэ, я похвалил их за профессионализм и умение работать с больными. Особо выделил Анну, как красивую и доброжелательную хушэ, как человека наполненного внутренней духовностью. Написав письмо, я опустил его в ящик. Этим письмом я преследовал две цели: первое я действительно с большим уважением относился к Халиде и Анне, второе я хотел покончить со слухами о том, что я неравнодушен к Анне и тем самым хотел избавить Анну от неудобства причиненного мной. Но как оказалось потом, персонал медсестер, прочитав мое письмо, рассудило совсем в обратную сторону, не так как полагал я.
Сегодня я ждал Анну до вечера, но Анна почему то не выходила на работу сегодня. Среди ночи, когда мы спали раздался стук в двери, я открыл глаза и увидел врача. Это был сосудистый хирург, войдя он зажег свет. Поздоровавшись с нами, он попросил мои снимки ангиографии, я дал их ему. Посмотрев эти снимки, он сказал, что здесь нету, проблемы в сосудах «Вся проблема в коленном суставе» пояснил он «так что тебе нужна помощь ортопеда. Все что нужно я напишу в истории болезни». Закончив со мной разговор, он ушел.

23 октября
Утром пришел доктор Али и сказал, что прочитал записи сосудистого хирурга.
- Мы думаем, что у тебя рак кости – высказал он свое мнение – и тебе нужна ампутация, но мы тебе ее сделать не сможем. Что ты теперь будешь делать? Тебя нужно выписывать из больницы.
Но уйти из больницы не увидев Анны, я не мог, и я решил немного потянуть время. Так как на днях собирался приехать мой отец и лично переговорить с доктором, я попросил доктора Али оставить меня еще на два три дня.
- Хорошо – согласился доктор Али - я оставлю тебя до четверга, а потом нужно будет тебя выписать.
Я вышел в коридор и подошел к посту хушэ, тут стояла хушэ Айдын казашка по национальности она была коренным жителем Урумчи, я спросил у нее об Анне, она ответила, что Анны сегодня не будет.
- А что Анна действительно хорошая? – спросила она.
Мне стало ясно, чего она на самом деле хотела узнать, она хотела узнать нравиться ли мне Анна.
- Да она действительно хороший человек. А завтра она будет?- поинтересовался я и посмотрел внутрь комнаты возле поста, где хуши готовили капельницы.
- Должна быть – услышал я в ответ.
Увидев мое любопытство двое хушэ находившиеся внутри комнаты переглянулись между собой и улыбнулись, я понял, что все они уже знают о содержании моего письма и уже успели обсудить между собой мое отношение к Анне и скорее всего, думают что я влюблен в нее, я понял что поставил Анну в неловкое положение «что же я наделал» подумал я «теперь Анне будет совсем неловко. Не обидится ли она на меня?» Укоряя себя за свой поступок, я вернулся в номер «да ладно ерунда это все, я ничего плохого не сделал» успокоил я себя под конец.
Вечером ко мне зашел мой китайский друг Шын Чан, он поинтересовался моим состоянием. Я сказал, что меня выписывают из больницы, потому что врачи ничего не могут сделать:
- Говорят, нужна ампутация, но сделать ее говорят, не сможем.
На что Шын-Чан отреагировал категорическим "нет", он был против ампутации и опять заговорил о 301-ой больнице в Пекине. Честно говоря, я и не знал что делать? Все еще была надежда, что все закончится здесь в Урумчи, но на всякий случай я узнал все подробности, как попасть в эту знаменитую 301-ую больницу в Пекине.